8 800 234 33 64
Пожаловаться

Интервью Артура Александровича газете "Маркер"

15.02.2011

Газета «Маркер»: В прошлом году банки начали восстанавливать объемы кредитования населения. Как это отразилось на рынке коллекторских услуг?

Артур Александрович: Предыдущий год был сложным для всего коллекторского рынка. В работу коллекторам передавались портфели, прошедшие не одно размещение в коллекторских агентствах. Пока с начала новой волны кредитования не пройдет пол года, существенного роста объемов долговых портфелей не будет. С другой стороны, банки начали выдавать новые кредиты только летом прошлого года. Поэтому первые два квартала 2011 года будут самым тяжелым периодом для коллекторских агентств, когда им будут предлагать в основном старые портфели.

Кроме того, банки стали ответственнее подходить к вопросам андеррайтинга и оценки потенциального заемщика. Поэтому работать с нынешними долгами стало намного сложнее, чем с портфелями двухлетней давности.

Газета «Маркер»: Почему коллекторы берут в повторную работу одни и те же портфели?

Артур Александрович: Не всегда банки говорят, что с этими долгами уже кто-то работал. Мы это понимаем, когда они попадают к нам. Естественно, взыскать по ним что-то очень сложно. Если в 2008 году повторных долгов в работе не было вообще, то в этом году они составляют треть от всех портфелей.

Газета «Маркер»: Какой объем просрочки, по вашим оценкам, сейчас находится в работе у коллекторов?

Артур Александрович: Порядка 23% всех розничных кредитов, выплата по которым просрочена свыше 60 дней, передаются на аутсорсинг. В абсолютном значении на сбор в 2010 году коллекторским агентствам переданы долги на сумму 195 млрд. руб.

Газета «Маркер»: А сколько долгов выкуплено по договору цессии?

Артур Александрович: По нашей оценке, в прошлом году на продажу банками в сумме было выставлено где-то 69 млрд. руб., а продано около 55 млрд. руб. Это в два с лишним раза больше, чем в 2009 году. Тогда выставляли много просроченных портфелей для оценки стоимости, но их не продавали, потому что цены сильно упали. Узнавая, что их предложение оценивают в 1% от размера долга, банки снимали долги с торгов.

Газета «Маркер»: Как изменился ваш портфель?

Артур Александрович: Он вырос почти в два раза. В прошлом году банки чаще использовать тендеры. Победитель получает половину портфеля, занявший второе место - 25%, остальное делится между другими участниками. Нам удается выигрывать многие тендеры, в которых мы участвуем. Мы также покупаем долги, работаем с портфелями, купленными другими инвесторами, но 80% нашего бизнеса составляет работа на аутсорсинге.

Газета «Маркер»: Какую долю вы занимаете на рынке?

Артур Александрович: По аутсорсинговой модели мы занимаем около 20% рынка. По покупкам мы не были агрессивными. За последний год посмотрели 180 портфелей, которые были выставлены на продажу, к нам в работу из них поступило меньше 20.

Газета «Маркер»: Почему во втором квартале прошлого года банки начали активно продавать портфели?

Артур Александрович: Подходили к концу сроки исковой давности по кредитам. Портфель старше трех лет оценивается в ноль. С другой стороны, цены пошли немного вверх, потому что стало понятно, как рынок будет развиваться. Кроме того, банки предпочли освободить ресурсы, чтобы направить их на потребительское кредитование. Зачем держать резервы, если спрос на кредиты растет.

Газета «Маркер»: Как за год изменилась стоимость просроченных долгов?

Артур Александрович: Сейчас средняя цена на портфели просроченной задолженности составляет 3-6% от их объема. В 2009 году она была 1-2%, а до кризиса их стоимость доходила до 10%. Должники начали платить, соответственно, и коэффициенты пошли вверх.

Газета «Маркер»: Является ли задолженность клиентов Сбербанка лакомым куском для коллекторов?

Артур Александрович: В Сбербанке решения, передавать ли долги на аутсорсинг, принимаются на местах. Из 18 территориальных банков не все готовы работать с коллекторами. С 11 тербанками мы работаем с прошлого года, но они выставляют очень маленькие объемы. Сейчас Сбербанк собрал новые заявки от коллекторов, и мы участвуем в тендере. Но я не знаю, насколько их портфель окажется лакомым куском для участников рынка. Возможно это будет очередной тест.

Газета «Маркер»: Если исключить банки, то сколько приходится на всех остальных партнеров в структуре ваших доходов?

Артур Александрович: Около 20%. Мы работаем с телекоммуникационными компаниями, ЖКХ, страховыми и лизинговыми компаниями, с малым и средним бизнесом. Развивается трансграничный коллекшн - это когда поступает заказ от иностранной компании на взыскание долга с российского должника или наоборот.

Газета «Маркер»: Насколько выгодно взыскание долгов с клиентов мобильных операторов?

Артур Александрович: Емкость этого рынка небольшая и с банковским не сравнится. Средняя сумма долга здесь составляет от 300 до 1000 руб., комиссия соответственно, еще меньше. С рынком ЖКХ по-другому: он непрозрачен.

Газета «Маркер»: Какие же сегменты для вас интересны?

Артур Александрович: Максимальный потенциал имеют коммерческие долги, потому что это рынок на три-четыре года отстает от розничного. В Европе, если компания не заплатила, то ее долг передается коллекторам через 60-120 дней. Там это существенная, если не основная, часть доходов любого коллекторского агентства. В структуре нашего портфеля сейчас приблизительно 83% составляют долги физических лиц и 17% юридических. Я думаю, что через пару лет мы догоним Европу.

Газета «Маркер»: Не планируете скупать конкурентов?

Артур Александрович: Это не целесообразно, особенно в регионах. Если банк передает каждый месяц по 5 тыс. счетов мне и другой компании, то при слиянии увеличения бизнеса на произойдет - банк по прежнему будет передавать те же 5 тыс. Поэтому слияния не имеют никакого смысла.

Газета «Маркер»: Планируют ли владельцы "Пристава" продать бизнес? Кто входит в число основных акционеров?

Артур Александрович: Нам не нужны деньги на развитие бизнеса, у нас все есть. Мы ищем инвесторов, которые бы могли приобрести вместе с нами портфели кредитов и передать их нам в работу. Мы не собираемся продавать агентство. Моя цель - вывести компанию на IPO. Это может произойти через 3-5 лет.

Источник: газета "Маркер"