8 800 234 33 64
Пожаловаться

Системные санитары

02.11.2009
Журнал "Однако" 2 ноября 2009 Окончательно прощаемся с мыслью о том, что кризис все спишет. Взаимодействие кредитных организаций и коллекторских агентств выходит на новый уровень. Основной бастион отечественного розничного кредитования – Сбербанк - принял решение о сотрудничестве с профессиональными собирателями долгов.

Рынок профессиональных коллекторских услуг в России очень молод – в этом году он отметил свое пятилетие. Между тем, только за последний год, «благодаря» кризису, спрос на услуги коллекторских агентств, по оценкам участников рынка, вырос вдвое. Однако потенциал роста далеко не исчерпан. По данным компании «Долговое агентство «Пристав», объем просроченной задолженности в отечественной банковской системе достигает 900 млрд. рублей. При этом, согласно данным агентства «Секвойя Кредит Консолидейшн», объем «плохих» кредитов на руках профессиональных сборщиков долгов составляет порядка 90 млрд рублей. То есть коллекторы пока контролируют не более 10% от потенциального объема рынка. Не стоит забывать, что эти цифры относятся только к банковской системе, а ведь в зарубежной практике агентства по возврату долгов работают не только с ней – соответственно, потенциал рынка существенно больше.

ПЗ Нам бы их проблемы

Коллекторские агентства за рубежом имеют солидную историю - услуги по аутсорсингу взыскания дебиторской задолженности появилась там более 30 лет назад. За прошедшие годы этот рынок совершенствовался и расширялся. Сегодня в Европе услугами коллекторских агентств пользуется большое число компаний, представляющих почти все отрасли экономики, включая услуги государству по сбору налогов, коммунальных платежей, медицинских страховок и так далее. «В коммерческом секторе услуги по управлению дебиторской задолженностью стали столь же естественными, как страхование и лизинг, а сами агентства являются полноценными участниками финансового рынка, способствующими возвращению денег в экономику», – отмечает старший вице-президент компании «Долговое агентство «Пристав» Сергей Шпетер.

Ирина Поддубная, заместитель генерального директора – директор по развитию бизнеса коллекторского агентства «Секвойя Кредит Консолидейшн», обращает внимание на то, что серьезно отличаются бизнес-модели долговых агентств разных стран. В Америке, например, не принято проводить личные встречи с должниками. Там нет такого понятия, как «выезд к должнику». Да и в большинстве европейских стран тоже. В России же этот способ взыскания задолженности весьма распространен. Ирина Поддубная связывает такое положение вещей с тем, что у нас в стране очень низкая достоверность информации, предоставляемой кредитором. «Например, часто телефон, указанный в договоре, не действует, а мобильный отключен. Поэтому другой возможности связаться с должником, кроме как приехать к нему домой, нет», – сетует эксперт.

Серьезные отличия существуют и в функционировании судебной системы. «Если сравнить российское судопроизводство, например, с финским, то ситуация выглядит просто удручающе», – продолжает Ирина Поддубная. В Финляндии для того, чтобы подать на должника в суд, достаточно заполнить специальный бланк и отправить его по электронной почте. Через три дня, тоже по электронной почте, приходит решение суда, которое вы можете отправить судебным приставам. Система судебного взыскания функционирует безукоризненно. В России рассмотрение дела в рамках искового производства затягивается минимум на полгода. «Но это еще полбеды. Главная проблема – очень медленная работа исполнительной системы. Решение суда о взыскании долга с должника не гарантирует, что деньги удут действительно взысканы», – отмечает Ирина Поддубная.

В России отсутствует надлежащая нормативная база, регулирующая деятельность коллекторских агентств. Причем, если в США существует The Fair Debt Collection Practices Act – документ, который регулирует коллекторскую работу на американском рынке, то в Германии, например, подобного закона нет. Но при этом там действует профессиональная ассоциация коллекторских агентств, которая объединяет 530 членов. «И никакая уважаемая финансовая организация, не станет работать с коллекторами, не входящими в эту ассоциацию», – подчеркивает Сергей Шпетер. Можно отметить ряд других отличий. Например, западные коллекторские агентства имеют право принимать платежи на свои счета. А в России такая практика встречается редко. Далее, в большинстве западных стран расходы коллекторских агентств приравнены к судебным издержкам и ложатся на плечи должника. Нельзя оставить в стороне и вопрос с разностью в подходах к ценообразованию на рынке коллекторских услуг. В большинстве европейских стран стоимость услуг коллекторского агентства складывается из двух составляющих: фиксированная стоимость определенных услуг (отправка писем, SMS-сообщений, телефонный звонок) плюс плата за результат. «В России на досудебной стадии коллектор работает в основном только за агентское вознаграждение по факту взыскания, тем самым фактически кредитует своих клиентов, ожидая выплаты вознаграждения в будущем», – рассказывает Сергшей Шпетер.

ПЗ Подходы к доходам

Основная статья доходов отечественного коллекторского агентства – комиссия, которую оно получает за взыскание задолженности. Четко установить границы стоимости услуг по взысканию довольно сложно ввиду ее зависимости от многих характеристик долгов. «Можно сказать, что средний уровень комиссии на рынке составляет 20-25%», – комментирует Ирина Поддубная. – Многие банки поняли, что при работе с коллекторским агентством нужно смотреть не на размер комиссии, а на реальный размер взыскания и свой чистый доход от этого сотрудничества».

Сергей Шпетер в этой связи объясняет, что доход коллекторского бизнеса – это разница между затратами на сборы и самими сборами. Если брать агентскую схему работы, то комиссия за работу по сбору долгов колеблется в районе 20-30% от взысканной суммы. Структура затрат агентства следующая: 57% - зарплата сотрудников, около 17-18% - расходы на связь, 6% - транспорт, 9-10% - аренда офисов, 1-2% - поддержание IT-структуры, 2-3% - юридические услуги, например, представительство интересов в суде в регионах, где агентство не присутствует, судебные пошлины и тому подобное. «Вообще, коллекторский бизнес – низкомаржинальный, основанный на объемах», – подытоживает Сергей Шпетер.

Остановимся подробнее на агентской схеме взаимодействия клиента (например, банка) и коллекторского агентства. Агентство и клиент заключают договор, на этапе подписания которого обсуждаются методы взыскания и работы с должниками. После подписания договора клиент передает в агентство реестр должников, основываясь на котором агентство начинает работу по взысканию. В процессе работы с долговым портфелем клиент еженедельно представляет агентству отчеты о произведенных должником платежах. После того как агентство прекратило работу с долгами, оно представляет клиенту детальный отчет о проделанной работе. «В условиях кризиса средний срок такой работы увеличился и составляет 6-7 месяцев. В процессе взыскания мы связываемся с должником, выясняем причину образования просрочки, проводим с ним переговоры и договариваемся о погашении долга», – рассказывает Ирина Поддубная. Помимо этого, коллекторские агентства по заказу банков оказывают консалтинговые услуги: занимаются профилактикой возникновения долгов и верификацией данных. «Работу по сокращению объемов просроченной задолженности нужно начинать на предварительной стадии оценки заемщика – еще до того момента, когда банк начнет выдавать кредит», – убежден Сергей Шпетер.

Но схема с передачей проблемных кредитов на аутсорсинг – не единственная возможная в этой ситуации. Напротив, на Западе большее распространение получила как раз другая схема – договоров цессии - когда клиент переуступает право требования по долгам другой стороне. Проще говоря, банк продает коллекторскому агентству портфель просроченных кредитов с серьезным дисконтом, и забывает о проблеме. Когда, как и в каком объеме будут погашены кредиты, теперь становится исключительно вопросом коллекторов, выкупивших эти кредиты.

Продажа портфелей просроченной задолженности остается для различных кредиторов весьма привлекательным методом работы с проблемными долгами. В 2008 году объем выставленных на продажу долгов в России, по разным оценкам, составил от 700 млн до 1,3 млрд долл. С начала 2009 года, по данным «Секвойя Кредит Консолидейшн», банками было объявлено около 10 тендеров на продажу таких портфелей. Специалисты компании ожидают, что в 2009 году объем продаваемых долговых портфелей достигнет 2,5 млрд долл.

В первом полугодии 2009 года продолжилась тенденция к снижению цен на выставляемые на продажу портфели просроченных долгов. Это связано как с возросшей сложностью и себестоимостью взыскания долгов с физических лиц, так и с увеличением стоимости привлекаемых для сделки средств для самих инвесторов. Таким образом, средняя цена покупки «плохих кредитов» установилась на уровне 1,5-2,5%.То есть, очевидно, что подобная практика постепенно становится популярной и у нас в стране. Сергей Шпетер рассказывает, что купленный портфель на балансе «Долгового агентства «Пристав» составляет около 10% от объема долгов в работе. «10 процентов - это немного, поскольку крупные агентства редко покупают портфели именно на свой баланс. Мы проводим оценку портфеля, а покупает его инвестор: фонд, банк, ЗПИФ и так далее. По итогам года привлеченные нами инвестиции в покупку превысят $10 млн», – отмечает эксперт. По словам Ирины Поддубной, в портфеле «Секвойя Кредит Консолидейшн» доля выкупленных долгов не превышает 40% от общего портфеля, находящегося в работе. Однако эксперт отмечает, что агентский договор и договор цессии - это две абсолютно разные схемы работы с проблемными долгами, и сравнивать их на предмет предпочтительности для коллекторов не совсем правильно.

ПЗ Виновник торжества

В условиях кризиса кредиторы активизировали работу с проблемными долгами и все чаще стали обращаться за помощью в профессиональные коллекторские агентства, которые готовы предложить им полный спектр услуг по взысканию. Кроме того, привлечение коллекторского агентства позволяет кредитору не тратить время и средства на непрофильную деятельность, а сконцентрировать свои усилия на основном бизнесе. Похоже, это признал даже один из самых консервативных и, в то же время, крупнейший игрок розничного банковского бизнеса страны – «Сбербанке». В середине октября госбанк принял решение передать проблемные долги физических лиц в работу коллекторским агентствам. Пилотные проекты уже запущены в Красноярском и Волго-Вятском регионах. Крупнейший розничный кредитор страны (более 30% от общего объема кредитов физлицам) объявил тендеры среди профессиональных собирателей долгов для работы со своим портфелем просроченных кредитов. Как пояснили в Сбербанке, первоначально коллекторам планируется передавать только старые долги (свыше 365 дней просрочки). После анализа эффективности работы коллекторских агентств по этим долгам будет принято окончательное решение по сотрудничеству с агентствами.

«Появление такого крупного и уважаемого игрока на российском коллекторском рынке, безусловно, подстегнет конкуренцию. Со Сбербанком хотели бы работать многие. Но Сбербанк предъявляет очень высокие требования к выбору любых партнеров. И выиграет тот, кто уже доказал на сегодняшний день свою высокую эффективность и отсутствие репутационных рисков», – уверен Сергей Шпетер. «Тот факт, что Сбербанк начал проявлять интерес к передаче долгов на аутсорсинг говорит о положительной тенденции развития рынка коллекторских услуг», – считает Ирина Поддубная. По ее мнению, привлечение коллекторских агентств позволит Сбербанку оптимизировать затраты на взыскание, а также улучшить эффективность возврата проблемных кредитов, что особенно важно в период кризиса.Решение безусловного лидера розничного кредитования в России прибегнуть к услугам коллекторских агентств, конечно, способно повысить доверие бизнес-сообщества к этой отрасли и укрепит репутацию коллекторского бизнеса. Вместе с тем стоит отметить, что Сбербанк собирается отдавать на аутсорсинг самые сложные для взыскания просроченные кредиты – те, по которым собственная служба банка по возврату долгов уже «отработала» и признала свое поражение. Пока не понятно, удастся ли коллекторам кардинальным образом изменить ситуацию, при этом оставаясь в рамках правового поля.