8 800 234 33 64
Пожаловаться

Без права передачи

16.10.2012
Недавнее постановление пленума Верховного суда о незаконности продажи долгов банковских заемщиков без их согласия может обернуться катастрофой для коллекторского рынка. Банки все чаще предпочитают просто списывать с баланса просроченные кредиты, и коллекторы, учитывая возможные судебные иски, вынуждены снижать цены на выкупаемые обязательства.

В середине сентября в отечественной судебной практике произошло событие, которое может серьезно повлиять на развитие рынка коллекторских услуг, а именно - на продажу банками просроченных долгов населения профессиональным взыскателям. Долгопрудненский городской суд Московской области признал недействительным договор цессии (переуступки прав требования) по розничному кредиту, заключенный между банком ВТБ24 и коллекторским агентством "Русская долговая корпорация" (позднее долг был переуступлен агентством своей "дочке" - Международному финансовому альянсу).

Несмотря на то что коллекторы не в первый раз испытывают на себе давление различных ведомств (особенно усердствуют Роспотребнадзор и Генпрокуратура), упомянутое решение Долгопрудненского горсуда стало для них полной неожиданностью. Дело в том, что в конце июня этого года пленум Верховного суда России (ВС) принял постановление, регулирующее практику продажи "плохих" розничных долгов коллекторским агентствам. Заемщик должен дать предварительное согласие на продажу его задолженности, подписав кредитный договор, содержащий подобное условие. Кроме того, положения постановления распространяются только на новые кредитные договоры, заключенные после 28 июня 2012 года.

Кредитный договор банка ВТБ24 с заемщиком был заключен в 2007 году, а переуступка прав требования "Русской долговой корпорации" произошла в 2010 году. То есть задолго до появления разъяснений ВС. В подписанном заемщиком кредитном договоре был пункт о передаче долга (в случае его неуплаты) коллекторам. Но это не смутило Долгопрудненский суд, который решил, что подобное согласие было получено от клиента под давлением банка. "Данное условие исходит от банка и фактически навязано банком истице, что следует из правоотношений. Так, ответчица обратилась за кредитом, поскольку нуждалась в денежных средствах, а банк предложил ей помимо условий, предусмотренных законодательством о кредитном договоре, также и условие, которое не относится к предмету кредитного договора. И такое условие явно не в интересах ответчицы, поскольку влечет разглашение банком сведений, составляющих банковскую тайну", - отмечается в решении суда.

Таким образом, суд создал опасный для игроков рынка (но ценный для заемщиков) прецедент, во-первых, распространив действие постановления ВС на ранее заключенные договоры, во-вторых, решив, что согласие заемщика на возможную продажу его долга противоречит законодательству. Скорее всего, это постановление будет оспорено в суде высшей инстанции, но коллекторам стоит подготовиться к череде подобных исков.

Сицилианская защита


Коллекторы приняли решение суда в штыки. В нем, по мнению Димитриоса Сомовдиса, генерального директора коллекторского агентства Morgan&Stout, немало поверхностных суждений, не подкрепленных нормами материального права, и оно может быть успешно обжаловано в вышестоящей инстанции.

Поскольку решения, которые в последние годы выносили суды по поводу продажи коллекторам розничных долгов, существенно отличались друг от друга, у коллекторов есть аргументы в свою защиту. Один из них - принцип срочности, платности и возвратности банковского кредитования, именно на таких условиях выдаются займы. "Поэтому банк вправе предпринимать любые законные действия, которые служат целям повышения эффективности возврата задолженности по кредиту, основанного на договорных отношениях сторон. Действующее законодательство не содержит норм, обязывающих банки исключительно самостоятельно регулировать взаимоотношения с клиентами-должниками по возврату долга. Следовательно, банк был вправе заключать договор цессии", - объясняет Сергей Шпетер, старший вице-президент Национальной службы взыскания. При этом Гражданский кодекс не содержит ограничений на переуступку права требования в пользу небанковских организаций. Соответствующее разъяснение еще в сентябре прошлого года дал президиум Высшего арбитражного суда РФ (ВАС).

Мнение суда о том, что условие о возможной передаче информации о заемщике третьим лицам "навязано" и "невыгодно", по версии коллекторов, не соответствует действительности. Кроме того, сведения, передаваемые банком по договору цессии, не являются, по мнению собирателей долгов, объектом банковской тайны. Круг информации, составляющей банковскую тайну, определен Гражданским кодексом и Законом "О банках и банковской деятельности" и касается операций, которые совершаются по счету клиента. "При агентировании передается иная информация, а именно: информация о должнике, о сумме долга, о залоге и так далее. Таким образом, информация о движении денежных средств по банковским счетам не разглашается, и права потребителя в том смысле, который заложен в Законе "О защите прав потребителей", не нарушаются", - отмечает Сергей Шпетер.

В подтверждение своей правоты коллекторы любят вспоминать решение, которое еще в 2008 году вынес Федеральный арбитражный суд Уральского округа.

Итак, из-за отсутствия четкой интерпретации постановления ВС и решения пленума ВАС, однозначная судебная практика так и не сложилась. Суды общей юрисдикции по-разному трактуют постановление и занимают то сторону заявителя (заемщика), то сторону коллектора. "Чтобы избежать подобных неоднозначных трактовок в будущем, действия ВС должны быть более последовательными и публичными", - говорит Сергей Шпетер.

Клиент всегда прав

Между тем принятое Долгопрудненским городским судом решение вполне логично. Дело в том, что условие о передаче банком персональной информации заемщика третьим лицам (что и происходит при договоре цессии) не является обязательным условием кредитного договора. То есть банк не вправе настаивать на соблюдении этого требования и вынуждать клиента подписывать договор исключительно на этих условиях. Но на практике клиенту бывает очень сложно, а порой невозможно отказаться от типовых условий займа.

Чиновники и судьи взяли устойчивый курс на защиту интересов более слабой стороны, то есть потребителей, при регулировании спорных кредитно-финансовых вопросов. Такие решения в последнее время выносят и Роспотребнадзор, и ФАС, и ЦБ.

"Однако" уже рассказывал о том, как по-разному оценивают аналогичные ситуации арбитражи и суды общей юрисдикции, отказываясь принимать во внимание решения коллег из арбитражной системы судов. Ведь не секрет, что для арбитража постановление ВС фактически не имеет силы, равно как для суда общей юрисдикции - решения, принимаемые ВАС. Тем более показательным выглядит недавнее постановление Арбитражного суда как раз по делу о включении банком в кредитный договор условия о возможности передать долг заемщика третьим лицам.

Банк "Восточный экспресс" попытался оспорить штрафные санкции Роспотребнадзора, однако суд первой инстанции встал на сторону ведомства Геннадия Онищенко, согласившись с тем, что наличие такого пункта в договоре может привести к нарушению банковской тайны. Банк подал апелляцию, настаивая на том, что согласно решению президиума ВАС уступка банком долга любому лицу не только не противоречит закону, но даже не требует согласия заемщика. Отметим, что до сих пор этот аргумент являлся решающим при аналогичных спорах. Однако Четвертый апелляционный арбитражный суд неожиданно решил руководствоваться не только решением ВАС, но и постановлением пленума ВС. В итоге суд постановил, что типовая фраза в кредитном договоре про уступку прав требования третьему лицу ущемляет права потребителя на информацию.

"Не указано и не доведено до сведения потребителя, какое лицо понимается под "третьим", - говорится в решении суда. То есть клиент не сможет заранее узнать, кому именно банк продаст выданный кредит. На этом основании суд оставил жалобу "Восточного экспресса" без удовлетворения.

От вас зависит

Последние события - не просто тревожный звонок для коллекторского бизнеса. Это скорее набат. По оценкам коллекторов, объем рынка цессии к настоящему моменту приближается к 100 млрд рублей. При этом от 5% до 25% (в зависимости от конкретного агентства) клиентов, находящихся "в работе" у профессиональных взыскателей, не давали своего согласия на передачу их долга третьим лицам. То есть потери коллекторов (даже если такие заемщики массово пойдут в суд) не будут критическими. Другое дело, если доминирующей станет позиция судов о незаконности передачи прав требования даже при наличии согласия клиента.

Конечно, банки и коллекторы могут работать по агентским соглашениям, исключающим возможность претензий по поводу разглашения банковской тайны. Однако важно понимать, что цессионная и агентская схемы подразумевают принципиально разные подходы к просроченной задолженности. Агентская схема - это попытка прямого управления рентабельностью банковских продуктов: снижение уровня текущих потерь, увеличение маржи за счет возвращенных средств. То есть это повседневная, текущая работа по обслуживанию портфеля. "К переуступке прав требования по долгу банки прибегают на сроках, близких к истечению исковой давности, то есть 1,5-2 года просрочки. При продаже прав требования банк фиксирует свой убыток, имеет право официально списать данные кредиты (ссуды) и возможность высвободить ранее начисленные под данные кредиты резервы. Речь о покрытии убытков в данной ситуации идти не может, поскольку чтобы покрыть уже возникшие убытки, банку нужно продавать долги минимум под 20%, а не под 2-3%", - объясняет Димитриос Сомовидис.

Скорее всего, именно президиуму ВАС снова придется принимать принципиальное решение, которое определит будущее рынка цессии просроченных долгов. Если суд сочтет возможным изменить свою прежнюю позицию (а все предпосылки к этому есть), то уже состоявшиеся сделки по выкупу банковской просрочки коллекторы смогут смело списывать в убытки. Но даже если события будут развиваться в нужном для коллекторов направлении, последние судебные решения уже серьезно отразились на рынке. "Если в 2011 году объем продаж проблемных долгов в России вырос по сравнению с 2010 годом почти на 30%, а к июню 2012 года превысил 85-86 млрд рублей, то при новых условиях такие темпы роста под вопросом", - подтверждает Сергей Шпетер.

В конце сентября представители Сбербанка заявляли, что банк приостановил продажу "плохих" долгов, так как "проводит оценку возможных правовых рисков". А ведь именно предложение масштабного портфеля долгов госбанка, одновременно с ростом предложения от микрофинансовых организаций, аналитики называли локомотивом рынка. В частности, эксперты аудиторской компании KPMG прогнозировали, что в этом году объем продаж "просрочки" в России достигнет 8 млрд долларов и вдвое превысит прошлогодние показатели. В свете последних событий такие показатели вряд ли будут достигнуты. Однако не все игроки рынка могут позволить себе занять выжидательную позицию. "Сделки заключаются, но участники рынка хеджируют риски теми или иными дополнительными условиями в договорах цессии", - объясняет Елена Терехова, заместитель генерального директора коллекторского агентства "Секвойя кредит консолидейшн".

Опасное заблуждение


Фактически взыскатели долгов начали страховаться от возможных потерь. "Новые риски уже включены в стоимость проблемных долгов. Цена закрытия сделок снизилась приблизительно на 20-30% по сравнению с первым полугодием 2012 года. Теперь, работая с банками, мы стараемся учитывать возможность признания судом передачи прав по взысканию задолженности незаконной. Сейчас мы предлагаем включить в договор цессии условие о том, что если после переуступки прав требований в ходе судебных разбирательств продажа долга будет признана незаконной из-за отсутствия согласия заемщика, банк обязуется возвратить коллектору сумму, уплаченную по данному конкретному долгу. Если банк согласен на включение в договор такого пункта, то дополнительный дисконт не потребуется. В случае если кредитный договор включает пункт о переуступке прав требований, цена остается такой, какую мы давали до выхода соответствующего постановления ВС", - рассказывает Сергей Шпетер.

В итоге коллекторы весьма заметно снизили цену портфелей. Скорее всего, эта тенденция сохранится. "Большинство покупателей долговых портфелей не готовы предлагать цены, превышающие 3-5% (а в некоторых случаях и 1,5-2%). Конечно, у некоторых банков завышенные ожидания, и некоторые игроки рынка успешно продают портфели от 6% и выше, но это единичные случаи. Более того, с ухудшением перспектив возврата средств, планка цены может снизиться еще на 1-2%. Но, по нашему мнению, снижение уровня цен на рынке вызвано ухудшающимся качеством предлагаемых к продаже портфелей, а не связано напрямую с решениями судов и постановлением пленума ВС", - отмечает Димитриос Сомовидис. Очевидно, что жесткая позиция власти и судей в отношении продажи долгов куда в большей степени проблема самих коллекторов, нежели банковской системы в целом. Показательный пример - недавно состоявшаяся расчистка баланса Райффайзенбанком. Кредитная организация еще до появления постановления ВС готовила к продаже портфель розничных долгов объемом около 1 млрд рублей. Однако в договорах, которые банк хотел переуступить коллекторам, отсутствовало согласие заемщиков. В итоге Райффайзенбанк, взвесив возможные риски, предпочел самый невыгодный из возможных вариантов - принял решение признать долги безнадежными и списать их с баланса. Вряд ли эта практика станет в ближайшее время общепринятой. Но продолжающееся дисконтирование цены может в итоге подтолкнуть банки именно к этому шагу - как минимум для того, чтобы противостоять ценовому давлению. Особенно в том случае, если даже согласие заемщиков на продажу их долгов в итоге окажется ничего не значащей формальностью.

Вряд ли данное развитие событий станет ощутимой проблемой для банковского сектора - в конце концов, риск невозврата кредита изначально заложен в процентную ставку, и в случае если банки почувствуют реальную угрозу, рынок немедленно отреагирует повышением стоимости кредитов. Среди различных причин, вызывающих рост стоимости займов, проблемы коллекторов - капля в море. Кстати, тот же Сбербанк совсем недавно объявил об очередном повышении ставок по розничным займам. Вполне возможно, что банк, "оценив правовые риски", принял такое решение, в том числе и в связи с явно "клиентоориентированной" судебной практикой. Кроме того, если принять во внимание стоимость покупки "плохих" долгов, то даже продав серьезный портфель, например, объемом 1 млрд рублей, банк в лучшем случае получит за него порядка 50 млн рублей. Репутация стоит дороже. Именно поэтому можно предположить, что банкиры оставят коллекторов один на один с регуляторами рынками и не будут задействовать свои лоббистские возможности.

Источник: Дмитрий Бжезинский, Однако